Купить на OZON и WB
ИМПЕРИЯ ДВУХ СЦЕН
ИМПЕРИЯ ДВУХ СЦЕН
БОЛЬШОЙ и МАРИИНСКИЙ
БОЛЬШОЙ и МАРИИНСКИЙ
Караван историй
Занавес еще не поднят, но спектакль уже идет. Не на сцене, в свете софитов, а в полумраке гримерок, в гулких репетиционных залах, в шепоте кулис. Два великих театра — Большой и Мариинский — впервые распахивают свои двери столь широко, чтобы рассказать нашим читателям обо всем, что обычно остается за стенами  зрительного зала.

Прямо сейчас, на этих страницах, вы найдете эксклюзивные материалы об истории легендарных сцен. Но главные откровения ждут вас на страницах  коллекционного номера «Каравана историй». Только там — доверительные беседы с теми, кто создает магию великих сцен сегодня. Харизматичный маэстро Валерий Гергиев, блистательная Светлана Захарова, виртуозный Ильдар Абдразаков и другие кумиры миллионов, впервые собрались в одной журнальной «сцене».

Коллекционный «Караван Историй» — это больше чем журнал. Это входной билет за кулисы великих театров, где каждая история — ваше личное открытие. Прикоснитесь к легенде, которая продолжается.
Купить на OZON
Купить на WB
Купить на OZON
Купить на WB
БОЛЬШОЙ ТЕАТР
МАРИИНСКИЙ ТЕАТР
БОЛЬШОЙ ТЕАТР
МАРИИНСКИЙ ТЕАТР
Большой театр:
под сенью Аполлона
Из вечера в вечер зрители спешат к величественному зданию на Театральной площади, чтобы восхититься красотой его интерьеров и насладиться искусством лучших певцов и артистов балета.
Без здания Большого театра с восемью колоннами и квадригой Аполлона уже невозможно представить Театральную площадь столицы. Но в прошлые века москвичам, чтобы посмотреть представление, приходилось ездить то на Знаменку, то на Моховую, то на Яузу. На нынешнем месте театр возник с третьей попытки!

Большой театр, архитектор Осип Иванович Бове, 1825 год.

Не раз Большой менял и свой возраст. Официальной датой создания театра считается 28 марта 1776 года. Именно эти цифры сейчас можно увидеть на всех афишах. Но так было не всегда. Например, в 1925 году труппа торжественно отпраздновала… столетие. Тогда за точку отсчета взяли открытие здания, построенного архитектором Бове, — «предшественника» нынешнего Большого. Однако уже в 1951-м театр отметил свое 175-летие!

Дело в том, что к тому моменту в архиве нашли документ, датированный 1776 годом. В этой «привилегии» Екатерина Великая, любившая развлечения в европейском стиле, позволила московскому губернскому прокурору князю Петру Урусову «содержать… театральные всякого рода представления, также концерты, воксалы и маскарады».
От этой цифры теперь и отсчитывают историю Большого. Но совсем недавно были найдены документы, которые подтверждают еще более раннюю дату! А именно что в 1766 году Екатерина II объявила «тендер» на создание в Москве общедоступного театра. Претендентов было пятеро: четыре иностранца (итальянцы и французы) и один русский. «Привилегию» получил полковник Титов, владелец небольшой театральной труппы. Ему предоставили здание «Оперного дома» на берегу Яузы возле Лефортовского дворца, дали денег на ремонт и приобретение машин для театральных эффектов — шума дождя, раскатов грома, полетов актеров по воздуху. Столичному генерал-губернатору даже поручили проложить к «Оперному дому» дорогу. Взамен 25 процентов от выручки Титов должен был отдавать на поддержку сирот Воспитательного дома.
«То здание не сохранилось. А вот финансовые документы остались. Благодаря этому мы точно знаем, как часто шли спектакли, какой репертуар давали. Это были музыкальные представления с большим количеством танцев — москвичи обожали русские, венгерские, цыганские пляски».
Директор музея Большого театра
Лидия Глебовна Харина
Однако театр оказался очень дорогостоящим предприятием. Титов влез в долги и продал свое дело иностранным антрепренерам. Несколько лет труппа скиталась по разным площадкам. Например, выступала в деревянной пристройке в усадьбе Воронцовых на Знаменке, о которой современник писал так: «Непрочное строение, без всякого порядка и украшения внутри, без всякой удобности и важности, приличной публичному зданию снаружи».

Петровский театр, архитектор Розберг, 1780 год

В 1776 году Екатерина II выдала «привилегию» князю Урусову с условием через пять лет возвести каменное здание. Урусов пригласил к себе «в товарищество» английского специалиста — эквилибриста и механика Михаила (Майкла) Медокса. Они приобрели на Петровке участок для возведения достойного Мельпомены здания. Правда, к началу строительства Урусов, уже почти разорившийся, продал компаньону свою часть. Землю купили по бросовой цене — это был низкий, грязный и болотистый берег реки Неглинки, которую еще не заключили в трубу.

Театр, получивший по месту «прописки» имя Петровский, стал первым зданием на том самом месте, где сейчас располагается Большой. Но трехэтажное кирпичное строение с белокаменными деталями и под тесовой крышей было намного меньше современного Большого и фасадом выходило в сторону нынешнего ЦУМа.

«В Театральном музее имени Бахрушина и у нас, в музее Большого, хранятся копии макетов этого здания, — рассказывает Харина. — В зале по тогдашней традиции нет оркестровой ямы — место для музыкантов было просто огорожено заборчиком, а некоторые ложи располагались прямо над сценой».

2,3 тонны вес люстры. Фото: Батыр Аннадурдыев

Торжественное открытие Петровского театра состоялось 30 декабря 1780 года. Медокс с энтузиазмом занимался любимым делом, приглашал в труппу много иностранцев — певцов и танцовщиков, которые не только выступали, но и обучали русских артистов. Однако содержать музыкальный театр было очень дорого. Чтобы заработать, Медокс, который влез в огромные долги, еще когда строил театр, даже возвел рядом с ним просторный танцевальный зал, где проводили платные балы и маскарады. Но все равно разорился.

В конце XVIII века театр переходил от одного владельца к другому. А в 1805 году случилась катастрофа — Петровский сгорел: в эпоху свечного освещения и печного отопления пожары были обычной вещью. Столбы пламени и клубы дыма видели аж в селе Всехсвятском (сейчас это районы Сокол и Аэропорт). Кстати, в тот день должны были давать спектакль «Днепровская русалка», в котором среди персонажей присутствовало много чертей и прочей нечисти…
Но Москва уже не могла жить без театра. А создать новый без государственной поддержки было невозможно. И в 1806 году по приказу Александра I труппа становится казенной, то есть государственной. В эту систему уже входили Мариинский, Александринский и Михайловский театры.

«Вскоре в районе Арбата, там, где сейчас сидит грустный каменный Гоголь, появляется красивое деревянное здание, опоясанное колоннами и открытыми галереями для прогулок, — рассказывает Лидия Глебовна. — Это единственная московская постройка знаменитого архитектора Карла Ивановича Росси. Директором театра назначили Александра Аполлоновича Майкова, дедушку будущего известного поэта. Он умело управлял труппой, благодаря чему сезон 1808—1809 годов стал единственным в истории Большого, когда театр вышел в профицит».

Творческий подъем Большого остановила Отечественная война. Когда французы подступили к Москве, Майков умолял губернатора предоставить 150 подвод для эвакуации людей и реквизита. Но ему до последнего отказывали, чтобы не провоцировать панику среди горожан. В итоге 30 августа, когда Наполеон уже рассматривал Москву в подзорную трубу с Воробьевых гор, театр еще играл спектакль. А 31 августа французы вошли в центр города и начался чудовищный пожар. Одним из первых вспыхнуло чудесное творение Росси…

После пожара 1812 года, уничтожившего около 80 процентов жилой застройки, город начали восстанавливать, уже сообразуясь с определенным планом. Его представил императору Осип Иванович Бове — француз по рождению, перешедший в православие и в 1812 году записавшийся в ополчение. Он жил в Москве с детства и любил ее всем сердцем. Строгий классический стиль заново отстроенного города — это заслуга Бове. И второй по счету «Большой» театр, построенный на месте сгоревшего Петровского, — тоже!

Архитектор Альберт Катеринович Кавос

Любопытно, что конкурс на проект нового здания выиграл именитый архитектор из Санкт-Петербурга, академик Андрей Алексеевич Михайлов. Но его здание не очень вписывалось в московскую застройку, к тому же проект был слишком дорогим. Тогда обратились к Бове, который капитально переделал работу Михайлова. Осип Иванович развернул фасад к Кремлю (к этому времени Неглинку убрали в трубу), уменьшил высоту, отказался от торговых рядов на первом этаже и разместил на фронтоне квадригу Аполлона. Он полностью разработал пышный декор зрительного зала, фойе и парадных лестниц. Так возник шедевр классицизма, горделивый и величественный храм искусства, который в своих основных объемах и планировке дошел и до нас. А еще Бове спроектировал Театральную площадь, одну из самых больших и красивых в городе: по его задумке для будущего Малого театра перестроили находящийся справа от Большого дом купца Варгина. Театр в этом особняке открыли в 1824 году, и там, пока строили Большой, шли оперы и балеты.
В Рождество 1825 года «Большой театр № 2» открылся. За масштабы его прозвали Большим Петровским. А чтобы он и дальше смотрелся максимально величественно, Александр I издал указ о запрете строительства на Театральной площади зданий выше, чем новый театр.

Директором труппы император назначил композитора Алексея Николаевича Верстовского. Тот уделял очень много внимания подготовке кадров для Большого, ведь тогда стройной системы воспитания певцов или танцовщиков не существовало. Правда, лучших артистов дирекция очень часто отправляла работать поближе к императору — в Санкт-Петербург. А вот сдавать позиции ведущего российского композитора Алексей Николаевич не хотел. Верстовский ревниво относился к творчеству Глинки. И, пользуясь служебным положением, как мог не допускал музыку Михаила Ивановича на сцену Большого. В результате обе грандиозные оперы основоположника русской классической музыки — и «Жизнь за царя», и «Руслана и Людмилу» — показали в Москве с большим опозданием и с исполнителями из Петербурга.

Сравнение проектов главного фасада первоначального (архитектора О. Бове) и современного (архитектора А. Кавоса) здания Большого театра

Самым же сложным моментом в руководстве театром для Верстовского стал… пожар. 11 марта 1853 года Большой загорелся. Кстати, Бове предусмотрел систему пожаротушения: по периметру театра под крышей стояли чаны с водой и кранами. Однако в суете об этом забыли. Более того, вода нанесла зданию огромный ущерб. От огня она закипела в чанах, и паром разорвало крышу. Говорят, та улетела в сторону Лубянки…

Здание театра очень сильно пострадало. От шедевра Бове остались чугунные кронштейны, которые держали ложи, задний фасад, портик (скульптура Аполлона упала) и восемь колонн — их можно потрогать и сегодня. Но вопрос с восстановлением здания решился очень быстро. На престол должен был взойти новый император — Александр II. По традиции коронация проходила в Москве — в Успенском соборе Кремля. Для торжеств, которые должны были последовать после этого, требовалось срочно построить новый театр.
Бове к этому моменту уже умер, и дело поручили Альберту Катериновичу Кавосу. В «Большом № 3» он сохранил планировку Осипа Ивановича, но поработал над объемами, изменил декор. Здание стало выше и величественнее — таким, каким мы привыкли его видеть. Альберт был сыном известного композитора-итальянца Катерино Кавоса, который в юности переехал в Россию и написал много музыки для театра, включая оперу… «Иван Сусанин». Поэтому архитектор хорошо разбирался в вопросах акустики. Неслучайно его приглашали для строительства Мариинского и Михайловского театров в Санкт-Петербурге.

Большой театр — тот самый, который мы теперь можем видеть, — открыли в 1856 году в присутствии первых лиц всех европейских императорских домов, приехавших в Россию на коронацию Александра II. Гости были в восторге от красоты здания. Кавоса даже приглашали строить театр в Париже — будущую Гранд-опера. Немолодой Альберт Катеринович отказался, но передал для Наполеона III альбом чертежей Большого театра. В ответ тот вручил Кавосу вазу с дарственной надписью, которая сегодня хранится в музее Большого.
Большой театр, архитектор Кавос, 1856 год
Большой театр, архитектор Кавос, 1856 год
Новый театр отстроили всего за 16 месяцев. Эта спешка, а также использование старых, частично подгнивших свай и прежних фундаментов аукнулись через несколько десятилетий. Здание начало оседать. В 1894 году во время спектакля треснула стена и заклинило двери в ложах правой стороны: дамам в пышных юбках пришлось перелезать через бортики! Театр закрыли на полгода, трещины замазали, стены покрасили, но о капитальном ремонте фундамента речи не шло.

После революции Большой театр на долгие годы стал не только музыкальной площадкой, но и местом проведения важнейших государственных мероприятий, включая съезды партии.

На фото — 1955 год

В таком состоянии Большой встретил революцию. В 1921 году здание обследовала комиссия, в которую вошли видные архитекторы, в том числе Алексей Щусев (автор проекта Мавзолея) и Иван Жолтовский. Состояние полукольцевой стены — опоры для сводов коридоров и всего зала — признали катастрофическим. Стену как могли укрепили. Кстати, в тот период Большой театр на долгие годы, вплоть до строительства Кремлевского дворца, стал не только музыкальной площадкой, но и местом проведения важнейших государственных мероприятий, включая съезды партии. Впрочем, репертуар государственного театра всегда должен был учитывать «веяния времени». Так, после подписания в августе 1939 года договора о ненападении с Германией СССР надо было продемонстрировать «лояльность» к этой европейской стране. И Сергею Эйзенштейну поручили поставить в Большом «Валькирию» Вагнера.
Как известно, договор Германия не выполнила. Когда началась Великая Отечественная война, труппу эвакуировали в Куйбышев, где Большой продолжал давать спектакли (хотя декорации и костюмы погибли — поезд с ними попал под авиаудар). А здание театра замаскировали, чтобы обмануть немецкие самолеты, бомбившие Москву. На него набросили декорации из оперы «Князь Игорь», изображавшие леса. На площади перед зданием, наоборот, нарисовали большой прямоугольник — якобы театр. Но 28 октября 1941 года рядом упала 500-килограммовая бомба. Ударная волна была такой силы, что театр закачался, как люлька, и образовалась огромная пробоина в стене. Сильно пострадал фасад, внутри здания обрушились мраморные лестницы, выбило все окна, из-за возникшего пожара обгорела живопись на плафоне зрительного зала.

Суровую зиму 1941—1942 года театр пережил без отопления, дыру в стене просто заделали щитами. Но уже весной началось восстановление.

«О научной реставрации тогда не могло идти и речи, — подчеркивает Лидия Харина. — Например, фойе, которое сейчас называется Белым, просто побелили. Великолепную многоцветную роспись в нем восстановили только в 2005 году, когда началась грандиозная научная реставрация, продлившаяся шесть лет.


За свою долгую историю Большой пережил несколько ремонтов — к каждым коронационным торжествам делалось глобальное обновление. Поэтому сначала надо было решить, какую эпоху восстанавливать. Сведений, как выглядели залы при Александре II, в документах не сохранилось. А вот эпоха начала царствования Николая II «запротоколирована» на фото хорошо, на нее и ориентировались. Более поздние наслоения убрали. Например, в середине XX века прохудившийся пол на балконе четвертого яруса просто залили асфальтом, который надо было заменить».

Историческая сцена Большого театра
Историческая сцена Большого театра

Большой театр в 1976 году

Во время реконструкции три несущие стены — главный фасад и боковые — поставили на специальные подпорки. А под фундаментом вырыли гигантский котлован глубиной более 30 метров. Для его заливки понадобилось столько цемента, что на площади рядом с театром построили небольшой завод. На нем готовили особо прочный и долговечный состав, который не боится влаги и других нагрузок.

А затем к работе приступили десятки реставраторов и провели колоссальную работу в очень непростых условиях.
Во время реконструкции три несущие стены — главный фасад и боковые — поставили на специальные подпорки. А под фундаментом вырыли гигантский котлован глубиной более 30 метров. Для его заливки понадобилось столько цемента, что на площади рядом с театром построили небольшой завод. На нем готовили особо прочный и долговечный состав, который не боится влаги и других нагрузок.

А затем к работе приступили десятки реставраторов и провели колоссальную работу в очень непростых условиях.

Большой театр в 1976 году

«Мастера, которые покрывали детали из папье-маше для бортов лож двумя типами сусального золота, блестящим и матовым, трудились в Белом фойе, — вспоминает Харина. — Так как листочки золота очень легкие и могут разлететься от малейшего ветерка, люди работали под полиэтиленовой пленкой, им было адски жарко, как в парнике. Пришлось раздеваться до трусов!»

Во время реставрации спектакли Большого шли в здании Новой сцены, которая открылась в 2002 году. Ее построили на месте исторических многоквартирных домов, а в оформлении плафона зрительного зала использовали эскизы Леона Бакста в редакции Зураба Церетели. Отреставрированная Историческая сцена открылась 28 октября 2011 года гала-концертом с участием звезд мирового искусства. И с тех пор сотни зрителей из вечера в вечер спешат к величественному зданию на Театральной площади, чтобы восхититься красотой его интерьеров и насладиться искусством лучших певцов и артистов балета.
Белое фойе в конце XIX — начале XX века и после реконструкции, 2019 год
Купить на OZON
Купить на WB
Мариинский Театр: Храм искусства на берегу канала
Спектаклями Мариинки каждый вечер восхищаются жители и гости Санкт-Петербурга. А историческое здание театра давно стало одним из символов города на Неве…
Площадь, на которой сейчас находится старая сцена Мариинского театра, и до появления на ней храма оперы и балета была в числе «развлекательных точек» столицы царской России. Недаром одно из ее ранних названий — Карусельная (в те времена каруселями называли амфитеатр для конных игр). Собственно театральная история этого места началась в 1783 году, когда Екатерина Великая издала указ об утверждении театрального комитета «для управления зрелищами» в Санкт­Петербурге и Москве. И 5 октября недалеко от Крюкова канала торжественно открыли театр, который за огромные размеры назвали Большим Каменным. От этой даты и идет отсчет сезонов Мариинки, хотя в то время театр и назывался по-другому, и работал не в привычном нам здании, а в строении, которое располагается напротив, на другой стороне площади.
«Здание Большого Каменного теат­ра построили по проекту Антонио Ринальди. Оно поражало современников своими масштабами и великолепной отделкой. А сцена была оборудована по последнему слову тогдашней теат­ральной техники. В самом начале XIX века его капитально перестроил архитектор Тома де Томон. А в 1811 году случился пожар, сильно повредивший внутреннее убранство и фасад. Только через семь лет отреставрированный театр открылся вновь».
Заведующая архивной службой Мариинского театра
Ольга Олеговна-Овечкина
«Здание Большого Каменного теат­ра построили по проекту Антонио Ринальди. Оно поражало современников своими масштабами и великолепной отделкой. А сцена была оборудована по последнему слову тогдашней теат­ральной техники. В самом начале XIX века его капитально перестроил архитектор Тома де Томон. А в 1811 году случился пожар, сильно повредивший внутреннее убранство и фасад. Только через семь лет отреставрированный театр открылся вновь».
Заведующая архивной службой
Мариинского театра
Ольга Олеговна-Овечкина

Большой Каменный театр в Санкт-Петербурге, картина И. Г. Майра (не позднее 1803 года). Репродукция

Репертуар «послепожарной» эпохи включал много мировых «хитов» — «Волшебную флейту» и «Похищение из сераля» Моцарта, «Севильского цирюльника» Россини. Одной из самых любимых публикой опер был «Иван Сусанин», но не шедевр Глинки, который появится позже, а произведение на тот же сюжет композитора Катерино Кавоса.

Этот музыкант родился в Венеции, еще молодым человеком переехал в Россию и начал работать для императорских театров. Кавос стал штатным композитором и капельмейстером (дирижером), уделял большое внимание воспитанию певцов, был автором ряда реформ. Так, по его настоянию в 1803 году русская оперная труппа была отделена от драматической (до этого привычного нам деления на жанры в театральном искусстве не было и на одной сцене шли и музыкальные, и драматические постановки).
Большой Каменный театр, архитектор Ж. Ф. Тома де Томон, 1840-е годы. Репродукция
Большой Каменный театр, архитектор Ж. Ф. Тома де Томон, 1840-е годы. Репродукция
Премьера «Ивана Сусанина» Кавоса, первой историко­героической русской оперы, состоялась в 1815 году. На волне патриотических настроений после войны с Наполеоном ее приняли на ура. Кстати, финал у произведения был оптимистическим: Сусанин завел отряд польских захватчиков в глухой лес, а сам смог сбежать и даже отпраздновал свое чудесное спасение с односельчанами. В опере Глинки, получившей название «Жизнь за царя», крестьянин совершит подвиг и погибнет, а история обретет подлинный трагедийный пафос.

Архитектор А. Ринальди. Барельеф работы Ф. Шубина

Поразительно, но Кавос, в отличие от своего московского «визави» Верстовского, определявшего музыкальную политику Большого театра, не ревновал к таланту молодого Глинки. Итальянец не только принял оперу «конкурентку» к постановке, но и продирижировал ее премьерой 27 ноября 1836 года. Эта дата теперь считается днем рождения русской классической оперы. Долгие годы оба сочинения шли на одной сцене, в обоих партию Сусанина исполнял знаменитый бас Осип Петров (кстати, ученик Кавоса), причем публика отдавала предпочтение творению… итальянца. Но история все расставила по своим местам. Шедевр Глинки регулярно идет в театрах, нередко им открывают сезоны Большой и Мариинский. А сочинение Кавоса теперь вспоминают только как «тезку» оперы Глинки…

«В 1836 году премьерой оперы „Жизнь за царя“ Большой Каменный театр открылся после очередной реконструкции, которую провел архитектор Альберт Кавос — сын Катерино, — подчеркивает Ольга Овечкина. — Он заменил купольное перекрытие зала на плоское, разместил над потолком зал для росписи декораций, убрал колонны, которые мешали обзору и нарушали акустику. А ровно через шесть лет после премьеры первой оперы Глинки в Большом Каменном театре прошла премьера второй — „Руслана и Людмилы“. Двух этих названий было бы довольно, чтобы наш театр вошел в историю русской культуры. Но в Большом Каменном звучало множество шедевров — Моцарта, Россини, Беллини, Доницетти, Верди…»

Однако даже после реконструкции театр не мог вместить все постановки, выпускаемые Дирекцией императорских театров. Спектакли также давали на сцене Александринки и в Театре­цирке, который построили напротив Большого Каменного театра, как раз на месте нынешней Мариинки. По замыслу дирекции, в нем должны были проходить как конные представления, так и драматические спектакли. Поэтому Альберт Кавос, которому доверили и это строительство, спроектировал здание с манежем и сценой. Необходимость содержания в театре лошадей определила его форму с одноэтажными флигелями­крыльями, где располагались конюшни.
Поперечный разрез здания театра (проект)
Поперечный разрез здания театра (проект)

«А через десять лет, 26 января 1859 года, Театр­цирк сгорел, — рассказывает Ольга Овечкина. — Строи­тельство нового здания, в котором сейчас и находится Мариинский театр, опять поручили Кавосу. Таким образом, Альберт Катеринович является архитектором двух главных музыкальных театров России!»

План первого этажа, выполненный

архитектором А. Кавосом (проект)

От Театра цирка остались стены, коридоры, лестницы, и Кавос умело вписал этот «контур» в новое здание. Прежде всего он спроектировал зрительный зал, который дошел до нас практически в неизменном виде — архитектор его удлинил, придал подковообразную форму, надстроил ярус. А еще на этаж увеличил высоту флигелей конюшен, расширил многие фойе и саму сцену, из­за чего здание придвинулось вплотную к Крюкову каналу.

Сын оперного композитора, Альберт Кавос много заботился об акустике. Вот и в новом театре он перекрыл зал кровлей со скатом, а потолок обшил досками, но ожидаемого звука не получил. Только через десять лет нашли причину: при реконструкции проныра­подрядчик решил сэкономить на вывозе мусора и просто оставил его под сценой. Когда «утиль» убрали, акустика улучшилась.
Важным нововведением, предпринятым Кавосом, было строительство в театре царской ложи. В Театре­цирке ее не существовало, а тут по указанию императора ложа появилась, что, без­условно, повысило статус нового здания. Правда, император и члены его семьи не так часто смотрели спектакли из «именной» ложи — предпочитали сидеть в одной из боковых. Там было ближе к сцене и безопаснее, потому что к ней вел отдельный вход с улицы и "зритель № 1″ мог дойти до своего места, не пересекаясь с остальной публикой. А места в царской ложе государь отдавал почетным гостям, дипломатам.
Мариинский театр на акварели В. Садовникова, 1840-е годы. Репродукция
Мариинский театр на акварели В. Садовникова, 1840-е годы. Репродукция
Сейчас посмотреть спектакль из нее может любой зритель — на многие спектакли туда продают билеты (в отличие от Большого, где аналогичная ложа по­прежнему открыта только для важных персон). Пару лет назад в царской ложе добавили дополнительные три ряда кресел, так что шансы побывать в ней у театралов возросли.

Бюст императрицы Марии Александровны в фойе театра

Построенный Кавосом театр открыли 2 октября 1860 года показом оперы «Жизнь за царя» Глинки, дирижировал главный капельмейстер Русской оперы Константин Лядов, отец композитора Анатолия Лядова. Театр назвали Мариинским в честь супруги Александра II Марии Александровны. Бюст императрицы сейчас можно увидеть в фойе бельэтажа напротив царской ложи (это копия, оригинал хранится во дворце в Павловске).

Хотя у театра появилось великолепное здание, из Большого Каменного он не съехал: там продолжали идти балетные постановки. И только через четверть века, после очередной реконструкции, их перенесли в Мариинку. А здание Большого Каменного театра передали Русскому музыкальному обществу и затем перестроили для Санкт-Петербургской консерватории…
Но Мариинке все равно остро не хватало площадей, и здание начало постепенно расти вширь. Уже в 1885 году предприняли большую реконструкцию сцены, чтобы разместить на ней декорации спектаклей, перенесенных из Большого Каменного. Тогда же к левому крылу пристроили трехэтажный корпус для мастерских, котельной и электростанции, увеличили оркестровую яму. В следующем десятилетии над флигелями (бывшими конюшнями) надстроили еще один этаж, увеличили фойе и лестницы. Еще через 20 лет пристроили выходы из театра.
Все эти новшества, впрочем, не касались зрительного зала, спроектированного Кавосом: за 170 лет немного изменились только некоторые элементы его оформления. До сих пор плафон на потолке изображает танцующих девушек и амуров. А вокруг этого грациозного хоровода с 1859 года разместились медальоны со строгими профилями русских… нет, не композиторов, как можно было подумать в оперно­балетном театре, а драматургов. Среди них Гоголь, Грибоедов, Островский, Фонвизин. Еще Крылов, который у нас ассоциируется только с баснями, и подзабытые сейчас Озеров, Кукольник, Капнист, Сумарков, Шаховской, Полевой, Загоскин. Почему музыкальный театр украсили изображения драматургов, непонятно. Возможно, это напоминание о том, что когда-то, во времена Театра­цирка, на этом месте шли и драматические спектакли…
Зал Мариинского театра в наши дни
Зал Мариинского театра в наши дни
А вот нынешняя люстра появилась в Мариинке чуть больше века назад. До этого висела бронзовая, спроектированная Кавосом. Со временем ее адаптировали под газовое освещение, и она стала первой подобной теат­ральной люстрой в городе. А с 1911 года зал украшает хрустальная люстра английской работы: 23 000 подвесок! За форму и величественную красоту ее иног­да называют «Шапкой Мономаха». Раз в год летом красавицу весом две с половиной тонны опускают в партер, для чего убирают часть кресел. Специалисты меняют все двести с лишним лампочек — даже те, что работают, — вытирают пыль, моют подвески. Кардинально изменился и занавес Мариинского театра.

«В XIX веке сцену украшал парадный занавес красного цвета, — рассказывает Ольга Овечкина. — В 1914 году создать новый занавес поручили главному художнику императорских теат­ров Александру Головину. Он сохранил алый цвет, при этом барьеры лож и обивка кресел остались сине­голубыми. Несколько десятилетий спустя занавес заменили на голубой. В середине XX века он был капитально восстановлен главным художником театра Симоном Вирсаладзе».

В Мариинском театре перенестись на столетие назад можно, не только разглядывая зрительный зал. За кулисами сохранилось множество раритетов и реликвий — лестницы, по которым поднимался Шаляпин, зеркала, в которые смотрелась Уланова. А еще рельсы, по которым до сих пор декорации вывозят прямо на улицу, где их грузят в фуры и отвозят в хранилища. В самом театре места для таких громоздких вещей нет. За кулисами смогли разместить оформление только трех спектаклей — «на всякий случай».

«Сохранился и старый мостик, который находится очень высоко над сценой и соединяет правую и левую сторону: на правой у нас располагаются мужские гримерки, на левой — женские, — рассказывает Ольга Овечкина. — За сценой можно увидеть старинные колокола, помимо современных, итальянских, — они задействованы в русских операх. Самый большой — «аракчеевский" — слышен в «Борисе Годунове» и «Хованщине». А в вокальном классе — увидеть автопортрет Шаляпина в партии Досифея. Раньше он располагался в грим­уборной, которой пользовался Федор Иванович. В 1911 году Шаляпин после спектакля «Хованщина» гримом по штукатурке нарисовал свой автопортрет в партии Досифея. Потом, чтобы сохранить изображение, этот кусок с рисунком великого певца вырезали и перенесли в класс».

В здании Мариинского театра каждый уголок буквально дышит историей. Однако старые стены непросто совместить с современными требованиями к театральному процессу. Так, в зрительской части нет лифтов, их просто невозможно разместить в нынешнем здании.

«В служебной же есть несколько лифтов, они упрощают работу костюмеров, которые возят тяжелые каталки с нарядами, — рассказывает Ольга Овечкина. — Буквально до недавнего времени у нас был очень старый лифт с телефоном с эбонитовой трубкой, видимо, 50-х годов».

В отличие от «круглосуточных» лифтов, к которым мы все привыкли, в театре есть такие, которые работают по расписанию — они используются постановочной частью. Их включают, например, перед спектаклями, когда нужно подвозить те самые каталки с костюмами. Есть даже устройство, где пассажира в кабине обязательно сопровождает лифтер — такое можно увидеть только в очень старых фильмах или за кулисами Мариинки.

А еще в театре есть собственное «метро»! Так музыканты называют помещение на минус первом этаже, из которого они попадают в оркестровую яму. Никто не знает, откуда взялось такое выражение — «пройти через метро». Наверное оттого, что помещение располагается низко, под землей — как метрополитен.

Солдаты укрепляют деревянными конструкциями ложи зрительного зала, 1942—1943 годы

Мариинский театр, который через несколько лет отметит свое 250­летие, вместе со страной пережил немало трудных моментов и крутых поворотов. Сразу после Великой Октябрьской революции, уже 9 ноября 1917 года, театр национализировали и передали в ведение комиссариата просвещения. В 1935 году, вскоре после убийства первого секретаря Ленинградского обкома ВКП (б) Сергея Кирова, его имя присвоили театру (как и многим другим населенным пунктам и предприятиям страны).

Во время Великой Отечественной войны 19 сентября 1941 года бомба разрушила правую сторону ярусов. В дальнейшем в здание попало еще около 20 артиллерийских снарядов. Основная часть труппы уехала в эвакуацию на Урал, в Пермь, где благодаря этому затем открылось хореографическое училище. Но некоторые артисты остались в городе и пережили блокаду. Объединившись с актерами из других трупп, они выпускали спектакли, выступали во фронтовых бригадах в госпиталях и на передовой. А 1 сентября 1944 года театр вновь открыл сезон!
Важный этап в жизни театра связан с руководством Валерия Гергиева. 16 января 1992 года во многом благодаря его усилиям театру вернули прежнее название — Мариинский. За последние годы он превратился в театральный комплекс, включающий концертный зал с двумя площадками, новую сцену на Крюковом канале и, конечно, историческое здание. Два последних строения расположены по разные стороны Крюкова канала, но их соединяет стеклянная галерея, по которой сотрудники театра могут переходить с одной площадки на другую. Особенно важно это для артистов балета, которым нельзя переохлаждаться. А еще театр открыл свои сцены во Владивостоке и Владикавказе. Но жемчужиной Мариинского театра останется здание оливкового цвета на Театральной площади, дом 1…
ДИНАСТИИ
ЧИТАТЬ
Купить на OZON
Купить на WB
© АО «Издательство Семь Дней», 2025. Все права защищены.
Над проектом работали: Полина Валеева, Евгений Смагин.
Фото: из фондов музея Большого театра, 123RF/legion-media.ru, Rustock/Vostock Photo, Батыр Аннадурдыев